Мы из Донецка: что довелось пережить переселенцам, живущим сегодня в Беляевке. Откровенный разговор

Поділитись у Facebook Відправити в Twitter
  • 23.01.2019 20:27
  • 0
Медіакіт сайту/ціни на рекламу

Оксана Каламбет и ее муж Станислав (на главном фото) коренные донеччане. Почти пять лет назад вместе с двумя сыновьями они приехали в Беляевку - в статусе переселенцев. Тех, которые спасались от обстрелов на оккупированной боевиками территории. Сегодня, когда боль в душе слегка утихла, Оксана согласилась рассказать нам, что тогда заставило их покинуть родные края, какие трудности и невзгоды пришлось пережить за это время, что шокировало, вынуждало плакать, а что помогло не пасть духом и продолжать верить в будущее.

Оксана, расскажите немного о своей семье.

- Мы из Донецка. Там прошла вся юность и молодость, там находится отчий дом, хоть уже и разрушенный. Там продолжают жить родные и друзья. Наша старшая дочь уже замужем и живет в Беларуси. Двое сыновей сейчас учатся в Беляевской первой школе, в шестом и девятом классах. Еще пять лет назад у нас было все, о чем может мечтать любая семья. Свое благоустроенное жилье, успешный бизнес, семейный отдых, путешествия. Чтобы сохранить жизни своих детей, все это мы вынуждены были оставить.

Влад и Виталик. Ребята счастливые школьники. Они еще не знают, что через полгода им придется ходить сюда под свист пуль и взрыв снарядов.  фото с архива семьи Каламбет

Поделитесь воспоминаниями о том периоде, когда в ваш город пришла беда?

- Мы до последнего не верили, что может начаться война. Хотя об этом все говорили. Думали, не могут идти войной друг на друга братские народы. Но когда из Славянска позвонила моя сестра с криком: "Помогите чем-нибудь!", а помимо ее голоса я слышала взрывы, поняла: беда пришла.

Вскоре в наш город вошли ополченцы. На улицах появились тяжелые орудия, начались взрывы в автобусах, на остановках, произвольная стрельба на улицах. Стало страшно пускать детей в школу. На тот момент они учились в первом и четвертом классах. Мне пришлось оставить работу, чтобы отвозить и забирать их. Наша квартира находится в Куйбышевском районе Донецка. Территориально - три километра от аэропорта и два километра от железнодорожного вокзала. По сути, это был один из самых обстреливаемых районов, поэтому стрельба, взрывы нам слышны были всегда. Да, мы были на грани срыва. Хотели все бросить и уехать. Но учителя очень просили не оставлять школу, просили закончить учебный год. Ведь оставалось всего два месяца.

Что стало критической точкой и заставило принять решение уехать?

Как-то, придя со школы с мальчиками, старший сын меня спросил: "Мы все погибнем?" Пытаясь утешить его, я ответила, что даже если что-то случится, я буду всегда рядом. Он начал плакать и сказал: "Мама, мне только девять лет. Ты же обещала, что у меня вся жизнь впереди, я ее что, в гробике буду смотреть?"  В ту же минуту я позвонила мужу и сказала, что мы уезжаем.

Как оказались в Беляевке?

- В Беляевке уже много лет с семьей живет мой родной брат Анатолий Самисько. Не смотря на то, что у него шестеро детей, и на тот момент они жили в старом небольшом доме, он принял нас, дал кров и все, что было необходимо. Это был единственный человек, который вышел нам навстречу. Помимо нас он принял двоюродных сестер с семьями. В одно время в его доме, в котором всего две комнаты, жили четыре семьи. Благо было лето, и некоторые взрослые ночевали в беседке.

Меня гложила совесть, что мы стесняем семью брата. Но я верила, что этот военный конфликт надолго не затянется. Наступит мир, и еще до конца лета мы вернемся домой. Мы даже минимум вещей с собой брали. Но когда в сентябре позвонила мама и рассказала, что их обстреливают, я поняла – придется здесь задержаться до нового года. С тех пор прошло почти пять лет.

Так выглядит сегодня отчий дом Оксаны. В него попал снаряд. фото из архива семьи Каламбет

Что стало самой большой трудностью после переезда, в чем более всего нуждались?

- Материальные трудности были, но они не сравнятся с моральными. Не так важны были подушки, продукты, вещи. Не хватало человеческого тепла, того, кто тебя выслушает, чаем напоит или сам в гости придет.

Впервые я ощутила себя чужой среди своих. Тяжело было пережить контраст. Там – в Донецке война, там убивали, там вокруг запах пороха и крови, разрушенные дома, город кишит военными. А здесь все иначе. Ощущение, что это другой мир, другая страна. В этой стране нет войны. Здесь разгар пляжного сезона, море, люди веселились, кушали в ресторанах, танцевали, отдыхали. Для нас с тех пор время разделилось на "до" и "после" начала войны. Если для многих это было АТО, мы ощутили это именно как войну.

В Беляевке, в районе есть ваши земляки-переселенцы?

Вместе с нами приехало очень много людей. Я знала порядка 150 человек. Многие из них размещались в лагере, который в Маяках. У меня также много знакомых, которые жили в санатории "Куяльник". А через полтора месяца их выставили с чемоданами на улицу. Люди готовы были стать переселенцами, только бежать и переселяться было некуда. Поэтому многие просто вернулись в свои дома. Есть среди знакомых те, которых друзья забрали в Америку, немало людей уехали в Россию.

Что помогало не падать духом и верить в будущее?

- Может, это банально, но моей поддержкой были брат и Бог. Первые полгода я просто плакала. Не хотелось запоминать названия беляевских улиц, магазинов. Зачем? Ведь у меня есть свой любимый город, в который я хочу вернуться. Я не хотела верить, что Донецк будет отдельным государством. Но когда у наших друзей там погибли дети, когда у подруги расстреляли мужа - он просто стоял на остановке, собираясь ехать на работу, я прекратила депрессию. Пришло осознание, что самое важное и главное, что я могу сделать, - это сохранить жизнь своим детям. Мы благодарны Богу, что все здоровы и наша семья сохранилась. Сегодня переживаем, молимся и помогаем тем друзьям и родственникам, которые остались там. 

Это одна из немногих семейных фотографий, которые сохранились. Все фотоархивы семьи остались в Донецке. фото из архива семьи Каламбет

Еще одним очень важным и ценным для меня стал момент, когда моих детей здесь начали приглашать на Дни рождения. Я действительно очень благодарна мамам, которые вышли навстречу нам. Мальчики перестали чувствовать себя одинокими, у них появились друзья.

На какие средства приходилось существовать, ведь работа, бизнес – все осталось в Донецке?

- Первое время мы жили за счет брата. Он отдал нам часть своего бизнеса, мы  продавали строительные материалы. А в прошлом году мой муж Стас выиграл грант. Фирма-грантодатель купила нам станок для изготовления гибочных изделий. Теперь мы с мужем стоим за этим станком. Да, в Донецке я была управленцем, а здесь пришлось стать за станок. Это было даже интересно, мы научили работать с ним детей, теперь и они помогают зарабатывать семье на жизнь.

Говорят, сложные, трагические ситуации часто заставляют людей переосмыслить жизнь. Вы задумывались над этим?

- У нас поменялись ценности. Если раньше я думала, что стою на ногах, то сейчас понимаю, что стояла на голове. На какой машине ездить, какие условия в доме – все ушло на задний план. Стало важно, какие мы изнутри. Я и детям говорю: вы живы до тех пор, пока видите рядом нуждающихся и готовы им помочь. Не видите этого - вы мертвы.

Мы научились помогать друг другу, ценить моменты, замечать приятные мелочи, говорить о том, что чувствуем.

И Беляевку мы полюбили. Здесь очень красивая природа, у нас появился круг общения. Мы стали понимать местных людей, увидели человеческое отношение. Стало легче.

Не знаем, как повернется жизнь далее. Следим за новостями. Возможно, глупо, как нам говорят некоторые, но мы продолжаем верить в свою страну, в возвращение в родной город. А еще часто думаем о покупке жилья здесь.

Своим говорю: домой хотите? А они: " Мы без Беляевки уже не сможем, мам. Ты как хочешь, а школу мы заканчиваем здесь".

 

Медіакіт сайту/ціни на рекламу
Коментарі:

Останні новини